Ассоциация музеев Екатеринбурга

Читая не только стихи, но и мгновенные личные заметки Татьяны Каменецкой, можно догадаться, насколько уязвим и хрупок внутренний мир творческого человека. Поэтесса дает возможность и нам присоединиться к поиску душевной стабильности, уверенности в будущем, радости от привычных деталей, когда пишет, например, что "... начинаю готовиться к сентябрю уже в июне": "Придумала первую строчку: "Я в осень положу цветы", и мне понравился образ осени-корзинки. А что собрать в эту метафору жизни? Звон поддужного колокольчика, грохот трамвая, вновь и вновь отправляющегося с той же остановки. Связующим звеном оказался август. Помню, когда сочиняла: ехала на работу, в музей, и, как обычно этим летом, шел дождь. В августе "воздух плакал".

Дочка Маргарита сделала к этому стихотворению рисунок, похожий на тот, что сопровождал первое стихотворение августовской Поэтической страницы. Марго прокомментировала так: "Мама, у тебя стихотворение многогранное, вот и на рисунке так – ты, а рядом геометрическая фигура".

Разбудит хрупкий колокольчик

Я в осень положу цветы.

Сплету подложку из мочала,

И жизнь свою начну сначала,

Пока темно от пустоты.

Вдруг зазвенит стальная даль,

Разбудит хрупкий колокольчик,

– Куда идти? – совет мне дай,

Устала от опавших строчек.

Опять трамвай, второй вагон.

Успела. Мой проезд оплачен.

Пусть не финал, а лишь прогон,

Я еду. Август. Воздух плачет.

Осень для меня – это испытание. Начинаю готовиться к сентябрю уже в июне. Понимаю разноцветье, вижу краски, но вместе с тем очевидно, что это ненадолго. Теплая стабильность куда краше. А потому мечтаю о морских берегах, мысленно погружаюсь в романсы.

Жаль, что сирень недолговечна, но она будет снова. Главное – не пропустить ее цветение. Маргарита нарисовала цветок. Самый простой, незамысловатый, но в нем философия красоты, особенно для ребенка:

Сентябрь под ключ

Я простужена осенью,

Небо – развилками,

Вдруг прохрустит

Под ногой летний луч.

Колется небо

Серебряной россыпью.

Ветер остывший –

Сентябрь под ключ.

Мне бы романс

Соловей вдруг насвистывал,

Ветка сирени,